Является ли аудиозапись доказательством в суде

Является ли аудиозапись доказательством в суде

15.12.2019

В жизни бывает масса момент, когда аудиозапись проходящих действий может помочь. Например, вы передали деньги по так называемому «дружескому займу» и человек, несмотря на наличие даже расписки не торопится исполнять перед вами свои денежные обязательства.

Тогда и диктофон может стать вещью, которая реально выручит, ведь ее в качестве вещественного доказательства можно приобщить к материалам гражданского дела.

Вообще запись с диктофона и другого цифрового носителя может быть приобщена как одно из везущих доказательств не только к гражданскому, но и к административному или уголовному судебному производству.

Предоставлять или нет записанное аудио в суде ?!

Если дело касается не простой жизненной ситуации, а уже непосредственного судебного производства, то тогда использование таких видов доказательств допустимо с учетом некоторых нюансов. В частности, это требование, регламентированное положениями статьи 77 Гражданско-процессуального кодекса, когда надо дать пояснения, где, при каких обстоятельствах и кем была сделана запись.

Отметить то, что принимать записанные аудиоматериалы судьи не торопятся в качестве вещественного доказательства и часто в гражданских судах общей юрисдикции ссылаются на то, что доказать подлинности записи сложно, ведь требуется фоноскопическая трудоемкая экспертиза. Кроме того, часто учитывать и фактор того, что запись может быть просто перезаписана. Вы можете сделать запись и ее приобщение будет осуществлено на усмотрение председательствующего судьи.

Как предоставить в суд аудиозапись правильно

Приобщить аудиозапись можно к судебному разбирательству и это не запрещено нормами гражданского законодательства Российской Федерации. Сделать это можно следующим образом:

  • До непосредственного начала судебного процесса, когда истец или ответчик должен написать просьбу о приобщению и явиться в судебную канцелярию, отдав ходатайство на подпись судье;
  • В ходе судебного рассмотрения гражданского дела. В любом процессе судья дает возможность доказать невиновности и непричастность теми видами доказательств или документов, которые не были представлены ранее;
  • Приобщение аудиозаписи при помощи заказного письма. Ходатайство пишется от руки, а после этого отправляется в канцелярию суда, где будет проходит процесс по делу.

Правильный документ дает возможность приобщить запись сразу. При этом граждане могут использовать только оригинал записи.

Для тех лиц, которые хотят выяснить, можно ли записывать судебное заседание на диктофон, в законодательстве также есть ответ, так как относительно недавно был принят нормативно-правовой акт, говорящий о том, что вы можете записывать весь ход судебного заседания на диктофон, чтобы потом сравнить запись с изложенными фактами в судебном протоколе.

Особенности приобщения аудиозаписи. Как сделать так, чтобы вам не отказали в ее рассмотрении ?!

Ходатайство пишется по подготовленному образцу. В первую очередь стоит позаботиться о том, чтобы была предварительно проведена экспертиза аудиозаписи для суда. С такой аудиозаписью у вас будет гораздо больше шансов выиграть судебное дело. Сама аудиозапись, приобщаемая к материалам уголовного дела может быть единственным доказательством, подтверждающим такие факты, как:

  • Факт передачи денег взаймы другому лицу;
  • Факт принуждения к совершению противозаконных действий;
  • Совершение мошеннических действий;
  • Наличие угроз, словесных оскорблений;
  • Факт вымогательства взятки.

Стороне, предоставляющей аудиозапись надо обязательно позаботиться о том, чтобы она была качественной и ее можно был идентифицировать. Если вы делаете ее заранее, то тогда надо прийти хороший диктофон вместе с наушником, который можно незаметно закрепить на одежде. Это существенно сможет повысить качество записи, и вы можете легко без проблем предоставить оригинал в судебном заседании.

https://www.youtube.com/watch?v=NRJYUN56DD4

Качество записи и низкий уровень фонового шума очень важно для рассмотрения дела, ведь судья в ходе гражданского процесса будет слушать запись в любом случае.

А вот решать — приобщать к делу или нет, и какую оценку давать доказательству, судья будет на основании в том числе качества записи — если четко слышны два голоса это одно, а если встреча была проведена в шумном и многолюдном месте, то тогда вам попросту откажут в приобщении вещественного доказательства.

Предупреждать оппонента о том, что вы ведете запись не нужно. Также с записью на руках до момента обращения в судебные органы можно для подстраховки обратиться в правоохранительные органы по месту жительства с просьбой проверить, нет ли в действиях вашего оппонент состава уголовного преступления.

Некоторые юристы рекомендуют предоставлять аудиозапись не заранее, а неожиданно, когда, например, допрашивают истца либо ответчика, так как это может повысить шансы на признание оппонентом совершения встречи с вами.

Расшифровка судебной записи не требует нотариального заверения и Верховный суд Российской Федерации уже высказал свою позицию по данному вопросу, но оптимально, если вы не просто принесете в судебный процесс голую запись, а еще и проведете ее дополнительную судебную экспертизу.

Кстати, если вы выиграете гражданское дело, то тогда в соответствии с установленными гражданско-правовыми нормами вы можете подать судье ходатайство о взыскании всех судебных издержек, включая издержки, которые вы понесли на экспертов.

Можно также сразу с заявлением ходатайства о прослушивании и приобщении записи представить заключение об отсутствии монтажа и даже идентификации голоса заявителя на записи.

Все это будет неплохим подспорьем к вашей доказательственной базе в суде, так как все указанные меры повысят убедительность доказательства в глаза суда, который часто принимать аудиозапись в простом качестве воспринимать как правило не хочет.

Нужны услуги юриста или адвоката по представительству в судах общей юрисдикции в Москве, Московской области или РФ ?! она тут.

Аудиозапись как средство доказывания в гражданском процессе — эффективно или нет?

В жизни достаточно часто возникают ситуации, когда отношения граждан не урегулированы формально, путем подписания документов, проясняющих суть этих отношений. К примеру, «дружеский» займ без составления расписки. В указанных случаях пострадавшему могла бы помочь аудиозапись разговора с  оппонентом.

Причем, граждане используют диктофон (как правильно, программное обеспечение на сотовом телефоне) очень активно и «пишут» все, что нужно и не нужно. Бытует убеждение, что, если есть запись «порочащего» разговора – значит победа в суде в кармане.

Аудиозапись гражданам представляется «царицей доказательств», не меньше! Однако, в судебной практике аудиозапись оценивают совсем не так, как представляется тем, кто ее сделал.

ГПК РФ весьма лаконичен в том, что касается такого вида доказательства, как аудиозапись – от лица, которое представляет запись на «носителе» (электронном или ином) требуется указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись (ст.77 ГПК РФ). Постановлений Пленума ВС РФ относительно этого вида доказательства нет. 

На первый взгляд, все просто – записать на флеш-карту (CD-диск), дать пояснения, когда, кем и при каких обстоятельствах сделана запись, обеспечить суд технической возможностью прослушать/посмотреть запись (взять с собой в заседание ноутбук).

Однако, существует ряд нюансов, весьма затрудняющих использование такого вида доказательств.

1.    Требование пояснить «когда, кем и при каких обстоятельствах сделана запись» указано в ст.

77 ГПК РФ не случайно: оно призвано проверить допустимость такого средства доказывания.

Если запись была сделана с помощью скрытой камеры в жилом помещении, где проживает ответчик, или с помощью микрофона, тайно размещенного в помещении, занимаемом ответчиком, то такую запись суд даже не приобщит к материалам дела, сославшись на нарушение ст.23,24 Конституции РФ. 

По общему правилу, можно записывать свой собственный разговор, по телефону, либо при личной встрече, участником которой являлось лицо, сделавшее запись. Причем, разговор этот должен касаться именно договорных отношений сторон, а не «частной жизни» отдельного лица.

Например – беседа заимодавца и заемщика о возврате долга. Если в суд представляется аудиозапись, требуется приобщить «расшифровку» (полный перенос содержания беседы на бумагу) разговора на ней, которую можно изготовить самостоятельно.

Заверять расшифровку не требуется (ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВС РФ от 14 апреля 2015 г. N 33-КГ15-6). 

А нужно ли уведомлять другую сторону о том, что производится запись? Странный вопрос, ведь если это сделать оппонент никогда не скажет того, что он мог бы сказать, и ради чего собственно запись и производится.

 Мнения судов разделились, согласно первой точке зрения, уведомлять о ведении записи нужно (ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД, ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 9 июля 2014 г. N 33-3454/2014; САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД, АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 23 января 2014 г. N 33-69/2014), иначе запись будет признана недопустимым доказательством.

В других  случаях, суды посчитали, что уведомлять о ведении записи не требуется (Определение Верховного суда РФ от 06 декабря 2016 по делу №35-КГ16-18, СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 6 сентября 2017 г. по делу N 33-15050/2017).

 Разумеется, вторая точка зрения представляется более прогрессивной (тем более, что она поддержана ВС РФ) – необходимость «писать» человека возникает только тогда, когда иным путем доказательства получить нельзя, ввиду уклонения оппонента от их предоставления.

Но возможно, что разница в оценке связана лишь с тем, что в случаях, рассмотренных в Ленинградской области ответчик не признавал запись, а при рассмотрении дел Верховным судом и в Свердловской области ответчик признавал факт разговора, но просил исключить запись из числа доказательств, так как не был уведомлен о том, что запись производится.

Кстати, при рассмотрении одного из судебных дел, суд отказал в приобщении аудиозаписи на том основании, что из ее содержания нельзя установить время, место и обстоятельства при которых она производилась! (САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 28 января 2016 г. N 33-1490/2016). Может быть судья хотел сказать не то, что сказал, но по странному совпадению, и в этом случае аудиозапись оспаривалась вторым участником спора.

2.    Требование представить в суд оригинал записи (для заверения)!Логично просто скопировать запись с телефона/диктофона на компьютер и перенести на диск (CD или флеш-карту).

Однако, проблема в том, что в дело будет представлен не оригинал записи, а ее копия.

Что может повлечь следующий вывод суда: «в материалах дела имеется фонограмма, полученная не путем записи информации непосредственно от первоисточника звука, а переписанная с иного носителя (телефона и/или диктофона), то есть фонограмма-копия, верность которой (полнота соответствия оригиналу) не может быть надлежаще процессуально проверена и удостоверена». (СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 26 октября 2017 г. по делу N 33-18491/2017). Или вот так: «подлинная запись с видеорегистратора ответчиком и его представителем в суд апелляционной инстанции не представлена (запись была представлена на ДВД-диске – А.П.)», что также повлекло признание записи ДТП недопустимым доказательством (САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 18 февраля 2016 г. N 33-2963/2016). 

Читайте также:  Что такое внутреннее совместительство и как его правильно оформить?

Ну что же, правила о предоставлении доказательств в дело никто не отменял и приобщать их нужно в оригинале, или надлежащим образом заверенной копии.

Интересно, как в такой ситуации поступить – принести на флешке и на телефоне и дать суду прослушать, чтобы «заверить копию»?! Или приобщить в дело сам носитель оригинальной записи – телефон?! Мой знакомый юрист специально для таких целей приобрел диктофон, «пишущий» сразу на съемный носитель. Но далеко не все будут приобретать подобную технику.

3.    Фоноскопическая экспертиза. 

Примечательно, что в просмотренной мной судебной практики до фоноскопической экспертизы не дошли ни разу – суд отказывал в ее проведении, начиная придираться к допустимости произведенной записи.Интересен вопрос о том, кто инициирует и авансирует проведение этой экспертизы.

При фальсификации письменных доказательств все понятно – есть предположительно подделанная подпись от имени такого-то, если такой-то оспаривает ее подлинность – то он просит суд назначить и оплачивает экспертизу.По аудиозаписи все не так просто – ведь из ее содержания установить действующих лиц, как правило нельзя.

 И если другая сторона оспаривает запись, то и оснований возлагать на нее обязанность оплачивать экспертизу, нет.

Предположу, что суд в этой ситуации возложит обязанность по авансированию экспертизы на лицо, представившее «неудобное» доказательство, мотивируя это тем, что «непонятно кто на записи, другая сторона оспаривает, экспертиза стоит десятки тысяч рублей, представьте оригинал записи (любимый Айфон), а лучше вообще откажитесь от экспертизы».

Стоит отметить, что и записи как правило предоставляются довольно некачественные, с обилием посторонних шумов, что значительно затрудняет идентификацию участников разговора – слова то разобрать возможно не всегда!

ВЫВОДЫ:Аудиозапись рассматривается в гражданском процессе, как «недодоказательство», неудобное и нелюбимое судами. Если оппонент признает запись – вопросов нет.

Если не признает – претензии к допустимости доказательства сразу появляются в огромном количестве, причем как предусмотренные, так и не предусмотренные законом.

Суд сделает все, чтобы отвергнуть запись, и не проводить по делу экспертизу. 

Стороне, предполагающей, что ее «записали» и будут эту запись использовать, достаточно не признавать факт встречи и не опознавать свой голос на записи – тогда суд отвергнет это доказательство на 99% (причем без всякой экспертизы). В суд можно направить представителя, поскольку не всякий, услышав себя на диктофонной записи, сможет уверенно заявить суду, что «это не я».

Стороне, планирующей представить аудиозапись, следует позаботиться о ее идентификации и качестве:

Аудиозапись в качестве доказательства в суде

Не так давно коллегия Верховного суда обсуждала вопрос о признании аудиозаписей, сделанными сторонами судебного разбирательства, в качестве допустимого доказательства.

Это нам кажется, что просто включить диктофон в беседе с человеком, а затем представить его в ходе судебного слушания – вещь вполне допустимая.

Однако, если обратиться к букве закона становится ясно, что все не так просто. 

  • Во-первых, нужно определить, насколько собеседник «человека с диктофоном» осведомлен о том, что его речь записывается.
  • Во-вторых, на какое именно устройство производится запись, в-третьих, где и при каких обстоятельствах эта запись делается, а также многое другое. 

Главное, на что обратили внимание арбитры – это факт или отсутствие факта посягательства на личную жизнь. Это как раз и стало камнем преткновения в обсуждении данного вопроса. Собственно, если бы не это обстоятельство, звукозапись такого формата уже бы давно могла стать средством для защиты своих прав.

В нашей статье мы постараемся детально изучить, что органы судебной власти вкладывают в понятие аудиозаписи, чем отличается «гражданская» аудиозапись от той, что производится правоохранительными органами, что нужно знать, когда включаешь диктофон в беседе с человеком и, конечно, где можно и нельзя заниматься записью.

На что ссылались судьи?

Если обратиться к текстам правовых документов, становится понятна некая «нерешительность» арбитров касаемо этого вопроса. В частности, существует запрет на скрытую фиксацию информации, установленный в статье 24 Конституции, гарантирующей равенство прав и свобод граждан, а также право на частную жизнь.

Также в пункте 8 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», указано, что любой гражданин не вправе требовать от другого гражданина раскрывать сведения о его личной жизни, семейных тайнах против его воли.

На основании этих предписаний судьи могут или принять, или наоборот – отвергнуть аудиозапись, представленную в суде в качества доказательства. В нашем случае идет четкое разграничение аудио фиксации на те обстоятельства и то место, где она была произведена. Более того, нам встретилось такое понятие, как «воля» того, чей голос записывают. Если она есть – пожалуйста, фиксируйте.

Если нет, то и вопрос исчерпан. Однако, как мы с Вами понимаем, что сказанное умышленно «на диктофон» может существенно разниться с тем, что может сказать человек в отсутствии записывающего устройства. В виду этого, у нас остается последний пункт, в котором требуется разобраться – место и время, когда эта запись производилась.

Именно на основании данных обстоятельств и будет принято решение судей. Обращаем Ваше внимание, что к этому вопросу нужно подойти максимально щепетильно, т.к. этот фактор может сыграть решающую роль в рассмотрении дела.

Частная жизнь / общественная жизнь

Как мы видим, законодатель ничего не пишет об общественной жизни, и все запреты распространяются исключительно на частную. Что относится к сферам личного пространства, по мнению государства? Приведем небольшой перечень:

  1. Дом и семья, в которой человек состоит и живет;

  2. Его переписка, содержание его телефонных разговоров, не относящихся к трудовой и общественной деятельности;

  3. Аналогично все то же самое, что относится к членам его семьи и родственникам.

Из этого мы можем сделать вывод, что любая другая сфера, не относящаяся к дому и близким родственникам, признается государством как общественная жизнь, на которую не распространяются указанный нами выше закон и статья Конституции.

Следовательно, все то, что человек говорит, скажем так, на работе в рамках рабочего времени, не должно быть чем-то «личным», а значит и закрытым от глаз и ушей общественности.

Но как же быть в тех случаях, когда на работе обсуждаются коммерческие или государственный тайны в рамках компании или закрытого ведомства? Об этом немного позже.

Однако, любой другой диалог, не относящийся к конфиденциальной информации, может быть записан даже без ведома собеседника в целях, не направленных на уничижение его личности, а также на создание ложно негативного образа в глазах общественности. Здесь уже будет посягательство на его личную жизнь. Вот такая интересная «вилка».

Как записывается голос

В рамках описываемого нами вопроса ключевую роль будут играть средства, с помощью которых и проводится аудиозапись. Так, существует Федеральный закон от 12 августа 1995 г.

№144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которому правоохранительные органы вправе использовать специальные технические устройства для слежения за подозреваемым, записи его разговоров, а также производить прочие мероприятия, направленные на сбор данных о каком-то конкретном лице или группе лиц.

К этим устройствам относятся всевозможные датчики, жучки, сенсоры и прочие «шпионские штучки», доступ к которым есть только в специализированных ведомствах. Обычный гражданин не имеет права использовать их в своих целях, а в некоторых случаях даже хранить.

Следовательно, мы говорим сейчас исключительно о диктофонах, как отдельно взятых устройствах, или о приложениях в смартфонах, получивших широкое распространение среди рядовых граждан.

Стоит отметить, что техническое усовершенствование этих гаджетов настолько шагнуло вперед, что даже в неблагоприятных для записи обстоятельствах (шум на улице, гул в помещении, удаленность источника звука и т.д.) пользователь может добиться приемлемого качества записи. Это обстоятельство не заставляет судей классифицировать данные устройства в качестве «специализированных», собственно, поэтому данные устройства и являются основным средством для сбора данных.

При каких обстоятельствах можно записывать собеседника?

Как мы писали выше, место, обстоятельства и содержание являются определяющими факторами в принятии решения о признании аудиозаписи в качестве доказательства в суде.

Соответственно, все то, что так или иначе относится к личной жизни остается запрещенным для записи без ведома говорящего.

Разберем ситуацию, при которой запись на диктофон должна быть принята судьями в обязательном порядке.

Предположим, что работник ООО «Диоксио сфера» долгое время находится в напряженных отношениях со своим непосредственным руководителем. Периодические «стычки» с начальником существенно омрачают жизнь работника, и поэтому он решается его проучить, подав иск в суд на основании оскорблений, опускаемых в его адрес.

Он понимает, что без доказательств в суде его иск, с большей долей вероятности, не будет удовлетворен. Для того, чтобы обеспечить себя доказательной базой сотрудник «Диоксио сферы» вооружается приложением в своем смартфоне и незаметно включает запись разговора в момент очередной «перепалки с начальником».

На его «радость» он в очередной раз слышит оскорбительные и уничижительные фразы и обороты речи в свой адрес. После того, как ссора прекращается, он сообщает своему руководителю о том, что намерен подать на него в суд за оскорбления, которые тот опустил в его сторону. Проходит время, и мы уже видим наших героев в зале суда.

Адвокат ответчика сообщает, что наш работник клевещет на своего руководителя, в связи с чем он от лица своего клиента намерен подать встречный иск. Адвокат работника просит у суда представить неопровержимые доказательства правоты своего подопечного. Суд выносит решение ознакомиться с нашей аудиозаписью в ходе судебного слушания.

С учетом того, что в ней присутствуют отчетливо слышимые оскорбления и ругательства начальника, судья имеет право учесть данный материал при вынесении приговора, если идентификация места и времени записи не требуется.

Рассмотрим иную ситуацию. Наш сотрудник опасается за компрометацию коммерческой тайны, сохранность которой находится в поле его ответственности. Ему известно о неких переговорах своего коллеги касаемо этой темы с руководством компании, являющейся конкурентом.

Читайте также:  Как обналичить деньги с кредитной карты без процентов и комиссии

Далее он решается на то, чтобы вывести своего коллегу «на чистую воду», и подстраивает возможность записи его речи в момент очередного диалога с конкурентами. Не так важно, как он собирается это сделать, главное, что этот диалог должен будет состояться в доме его коллеги, т.е. на его частной территории.

Затем этот диалог фиксируется и предстает в суде. В данном случае, неизвестно, какое решение примет судья – будет или не будет учитывать данную запись в ходе судебного разбирательства даже с учетом того, что она содержит компрометирующую коллегу информацию.

На лицо – проникновение в частную жизнь и на данном этапе суд может расценить звукозапись в таких обстоятельствах неправомерной.

Более того, инициатора звукозаписи при грамотно выстроенной линии защиты ответчика можно привлечь к уголовной ответственности по статье 137 УК РФ «Нарушение неприкосновенности частной жизни», по которой предполагается либо штраф в размере 200 тысяч рублей, либо лишение свободы сроком до пяти лет в зависимости от тяжести преступления.

Выводы

На данных примерах мы делаем вывод, что использование аудиозаписи в качестве доказательства в суде должно быть использовано сторонами разбирательства с учетом незыблемого правила, отраженного в Конституции – недопущения посягательств на частную жизнь.

Понятие частной жизни имеет достаточно прозрачные границы, когда идет речь об общественных вопросах на частной территории, как это представлено в одном из наших примеров.

К сожалению, наше законодательство несовершенно, но разве оно может быть другим? Закон и формируется в целях регулирования нашей жизни, но как можно описать «словами» всю ее многогранность? Пожалуй, это уже философский вопрос, ответ на который, к сожалению, нам ничего не дает.

Нам остается только следовать тому, что уже утверждено и анализировать судебную практику для того, чтобы понимать, на что мы можем или не можем рассчитывать в суде.

Желаем вам быть в стороне от судебных разбирательств и до новых встреч!

аудиозапись как доказательство | КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

Когда суд примет во внимание аудиозапись в качестве доказательства? Конституция гарантирует неприкосновенность личной жизни и в то же время дает право защищаться всеми законными способами. Судам приходится находить грань между двумя нормами, оценивая аудиозаписи одной из сторон спора. Закон предъявляет к ним и другие требования, которые могут зависеть от вида процесса – гражданского, арбитражного, уголовного. Есть и аудиопротоколирование, которое может вести сам суд. Какую роль эти доказательства могут сыграть в отдельно взятых делах?

В декабре 2016 года Верховный суд разрешил ссылаться на аудиозапись телефонного разговора, сделанную без ведома собеседника. Случилось это в деле в деле № 5-КГ16-18, в котором истица Анна Стаханова* требовала возврата 1,5 млн руб. займа и почти столько же процентов с супругов Евгении и Игоря Белых*.

Заем в свое время оформили на мужа, но требовался он для бизнеса жены, поэтому Стаханова указала в заявлении обоих ответчиков. Общность долга она решила подтвердить аудиозаписью телефонного разговора с Евгенией Белых.

Но Тверской областной суд не смог установить, относится ли к делу это доказательство, поскольку «носитель процессуально не оформлен, нет указаний, где, кем и при каких условиях производилась запись», и к тому же сама Белых не давала на это согласия (определение 33-798 от 16 февраля 2016 года).

Нельзя помимо воли распространять сведения о личной или семейной тайне, объяснил облсуд.

Здесь запрет не работает, возразил Верховный суд и объяснил, почему: запись вела одна из участниц разговора, а сам он касался обстоятельств договора между ними. Дело отправилось на новое рассмотрение (см. «Больше ни звука: будет ли доказательством аудиозапись, сделанная без уведомления, решал ВС»). С одной стороны, ст.

24 Конституции запрещает собирать, хранить и использовать информацию о частной жизни лица без его согласия, комментирует адвокат Курбан Магомедов из АБ «Адвокат Про». С другой стороны, ч. 2 ст. 45 дает право защищать свои права и свободы всеми законными способами, цитирует Магомедов.

Поэтому, продолжает он, судебная практика предъявляет к таким доказательствам несколько требований:

  • аудиозаписи должны быть необходимы для защиты нарушенного права;
  • вести запись должно то самое лицо, право которого нарушено;
  • из устройства для записи можно извлечь носитель (карту памяти) на случай, если нужно провести экспертизу.

Говорим «аудиозапись» – подразумеваем «экспертиза»: именно она подтверждает, что содержанию файла можно верить.

В деле Стахановой и Белых может быть поставлен вопрос о достоверности тайной записи, тогда суду придется и с этим разбираться, рассуждает адвокат Вадим Клювгант, член Совета АП Москвы.

Поэтому он пока не считает очевидной судьбу их спора, хотя признает, что позицию ВС «можно понять».

Вопрос экспертизы аудиофайла может быть поставлен не только в гражданском, но и в арбитражном, и в уголовном процессе. Но отношение к нему и вообще к такому виду доказательств во многом зависит от специфики отрасли.

Гражданский процесс: точность подхода

Гражданский процессуальный кодекс прямо называет аудио- и видеозаписи в числе доказательств. Как показывает сервис Caselook, с их помощью чаще всего подтверждают долги по займам и зарплате, а иногда – наличие договора, не заключенного письменно (к примеру, трудового). Подобные доказательства используются и в некоторых делах об административных правонарушениях.

Ст. 77 Гражданского процессуального кодекса обязывает указать, когда, кем и в каких условиях проводились аудиозаписи. Эти сведения приводятся в ходатайстве о приобщении или истребовании записей, говорит директор юргруппы «Яковлев и Партнеры» Анастасия Рагулина.

Из записей должно быть ясно, кто ведет беседу и о чем, чтобы у суда не оставалось сомнений, что речь идет о том самом обязательстве между теми же сторонами. Если связь неочевидна, доказательство отклоняется. Диалоги должны быть как можно более информативны.

Это ясно на примере дела № 2-926/2016 [2-5566/2015], в котором Игорь Четверях* отбивался от требований Петра Быквенко* вернуть долг по расписке. Ответчик настаивал на том, что отдал деньги, но оригинал расписки не получил. Свои слова он подтвердил аудиозаписью беседы с Быквенко.

Тот возражал против использования этого доказательства: во-первых, он не давал согласия на фиксацию разговора, во-вторых, утверждал, что речь шла о другом долге – за пользование нежилым помещением. Договор на его аренду Быквенко предъявил суду.

Судья Первореченского районного суда Владивостока Ольга Бурдейная встала на сторону ответчика и отклонила иск.

Суммы и даты, о которых идет речь, соответствуют договору займа, а в договоре аренды они совсем другие, пояснила она. Четверях имел право записывать беседу, поскольку сам принимал в ней участие.

А Быквенко подтвердил разговор и не ставил под сомнение подлинность аудиозаписи, отметила Бурдейная. Апелляция согласилась с этими выводами.

Арбитражный процесс: что написано пером

В арбитражном процессе «царь» доказательств – документ, поэтому аудиозаписи не получили широкого распространения.

Если письменные доказательства противоречат записанным разговорам – суд склонен отдавать предпочтение бумагам, как показывает пример дела № А34-2244/2015, в котором ООО «Джемир-Курган» требовало от «Профессиональной финансовой индустрии» 1 млн руб. долга за проданный товар.

Поскольку накладные были подписаны неуполномоченным лицом, истец решил подтвердить поставку аудиозаписью. Ее суд счел недопустимым доказательством, поскольку передача товара должна подтверждаться документами. А такие бумаги, как акт сверки, как раз говорили о том, что спорных поставок не было. Поэтому суды отклонили требования истца.

Впрочем, все зависит от категории дела и цели доказывания. В деле № А63-8951/2015 о продаже контрафактных раскрасок «Маша и медведь» 16-й Арбитражный апелляционный суд сформулировал, что «видеозапись (скрытая съемка) является надлежащим доказательством по делу, подтверждающим получение сведений о фактах, на основании которых арбитражный суд делает вывод, обоснованы ли требования истца».

Аудиозапись ведет и сам суд – согласно п. 1 ст. 155 Арбитражного процессуального кодекса, это основной метод протоколирования судебных заседаний. П. 7 этой статьи дает участникам процесса право прослушать файл суда и принести на него свои замечания.

К ним можно приложить свою запись того же самого процесса. Кроме того, если голоса на аудиопротоколе очень плохо различимы, есть серьезные помехи или вовсе тихо – это серьезное основание отменить решение суда. Но ситуации бывают и более интересные.

В деле № А32-19655/2015 судебный протокол «помог» компании «Южный арсенал» добиться пересмотра дела о налоговом правонарушении. Когда слушания в АС Краснодарского края возобновились после перерыва, заявитель представил новые доказательства. Судья Анна Хмелевцева приняла их, но тут же не исследовала.

Затем, по словам заявителя, она сообщила, «что не определилась, объявит еще один перерыв или сообщит о решении по телефону». Но так и не позвонила, хотя в итоге написала решение об отказе – гораздо позже положенного срока.

Юристы «Южного арсенала», ознакомившись с делом, обнаружили, что аудиопротокола в деле нет, и оспорили решение Хмелевцевой в Арбитражном суде Северо-Кавказского округа. «С помощью аудиозаписи могли бы быть зафиксированы сведения, важные для принятия судебного акта», – указала в жалобе компания, и кассация с ней согласилась.

Дело было отправлено на пересмотр. Если на первом круге «Южный арсенал» потерпел поражение, то во второй раз Хмелевцева частично удовлетворила его требования.

Гражданский и уголовный процесс: призрачные протоколы

Если в арбитражном процессе аудиозаписи обязательны, суды могут изучать их и ссылаться, то в судах общей юрисдикции ситуация иная. ГПК предусматривает запись лишь при технической возможности, УПК – использование для полноты протокола «технических средств».

Наиболее острой проблемой в уголовном процессе Клювгант считает отказ судов вести аудиопротоколирование заседаний и их нежелание признавать доказательством такую запись, сделанную защитой.

Читайте также:  Основания для расторжения договора страхования и возврата страховой премии

По его словам, уже давно были подготовлены изменения в УПК о том, что суд обязан вести аудиозапись процесса, «но законопроект, как водится, где-то застрял».

Если точнее – первое чтение он прошел в октябре 2014 года, спустя два года назначили ответственный за доработку комитет, и с тех пор новостей нет.

Между тем суды общей юрисдикции получали аппаратуру в рамках второй и третьей целевых программ «Развитие судебной системы России», которые были утверждены еще в 2006 и 2012 годах.

Тем не менее, отмечало Правительство в 2014 году, аудиосистемами оснащено лишь 40% судов общей юрисдикции, видеосистемами – около 10%. «В казне были выделены деньги на оборудование для аудиозаписи в залах судебных заседаний, только оно почему-то там не используется», – комментирует Клювгант.

Из документации к законопроекту следует, что процесс технического оснащения растянется еще на несколько лет – завершить его планируют в ходе выполнения программы «Развитие судебной системы России на 2013–2020 годы».

Кроме того, в марте 2016 года Госдума приняла в первом чтении два законопроекта о видеосъемке судебных заседаний. Она станет обязательной с 1 января 2018 года для федеральных судов и с 1 января 2019 года – для мировых судей, если даты не поменяются ко второму чтению.

Тогда же надо будет определиться, имеет ли видеозапись такое же доказательственное значение, как и письменный протокол, и может ли ее отсутствие вести к отмене решения суда, пояснял первый зампредседатель Комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Сергей Фабричный.

Пока видеозаписи – единичная практика: видеопротоколы и трансляции ведет, например, Мосгорсуд. 15 декабря 2016 года трансляцию впервые провел Дорогомиловский районный суд.

Всеобщие изменения назрели, поскольку быват, что протокол заседания не соответствует тому, что на нем происходило, отмечает управляющий партнер адвокатской конторы «Бородин и Партнеры» Сергей Бородин. По его мнению, в законе достаточно закрепить два простых положения:

  • суд обязан вести аудиозапись;
  • она является приложением к протоколу судебного разбирательства (это позволит сторонам с ними знакомиться и автоматически снимает ряд вопросов о его надлежащем заполнении).

Пока же защите, недовольной содержанием протокола, остается лишь ходатайствовать о приобщении к делу собственной аудиозаписи заседания. Правда, суд может не увидеть в этом необходимости, поскольку протокол ведется «полно и правильно», рассказывает Бородин.

Если технические средства использует суд, то он обеспечивает полноту протокола судебного заседания, а вот защитник может фиксировать процесс исключительно для удобства своей работы, объясняет логику Бородин.

Он также цитирует определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда от 16 июня 2015 года № 14-АПУ15-3СП. Из него следует, что аудиозапись защиты – это не повод ставить под сомнение содержание протокола. Ведь ее вела только одна из сторон в процессе.

А это с учетом состязательности процесса и заинтересованности «не гарантирует полноту, объективность и достоверность аудиоинформации».

Уголовный процесс: достоверность и допустимость

В силу очевидных причин аудио- и видеозаписи получили распространение именно в уголовном процессе.

По коррупционным составам и делам о вымогательстве аудиозапись является весомым аргументом при установлении вины, приводит пример Дарья Константинова, партнер бюро «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры».

Такие доказательства все чаще предлагают не только правоохранительные органы, но и граждане, и их защитники, делится адвокат, председатель комиссии защиты прав адвокатов Алексей Иванов. Это могут быть данные с видеорегистраторов, записи уличных камер и тому подобное, перечисляет он.

Чтобы запись можно было использовать в суде, нужно установить ее подлинность, рассказывает Рагулина. Подтвердить ее может эксперт, который устанавливает невозможность монтирования или подделки в целом.

Также важны привязки к месту и времени, продолжает Рагулина.

Запись следует как можно быстрее направить следственной группе и уделить внимание ее оформлению – или протоколом выемки, или приложением к протоколу допроса, советует руководитель «Яковлева и партнеров».

Кроме достоверности, проверяют еще и соблюдение всех требований законодательства при получении аудио- и видеозаписей (в том числе в ходе оперативно-разыскной деятельности), говорит Клювгант.

При этом надо помнить, что защита вправе использовать все способы, не запрещенные законом, а сторона обвинения может делать лишь то, что ей прямо разрешает закон, подчеркивает адвокат. Следователь или суд могут признать запись недопустимой [полученной с нарушением УПК – «Право.

ru»], но это, как правило, связано с невозможностью убедиться в ее подлинности и достоверности, продолжает Константинова. По ее словам, запись потерпевшего или иного лица, так называемая «инициативка», по сложившейся практике признается допустимым доказательством.

«Бывали случаи, когда фигурант сам записывал свои незаконные действия, потом это находили во время обыска и использовали как доказательство», – делится Константинова.

Иванов, наоборот, считает, что приобщить аудио- или видеоматериал к уголовному делу непросто, однако есть разные способы этому противостоять: например, использовать заключение специалиста. Но даже если запись попала в дело – это не гарантия того, что ее примут во внимание при вынесении итогового решения, отмечает Иванов.

Его печалит и то, что адвокат, в отличие от следователя, лишен возможности фиксировать следственные действия. Если защитник сделает запись в тайне от следователя, она не будет иметь перспектив «по самым разнообразным и абсурдным основаниям», сетует Иванов.

А ведь она могла бы решить многие проблемы, например, помочь бороться с незаконным давлением (нередко признательные показания «вымогаются» под угрозой заключения в СИЗО, и так далее).

  • – имя и фамилия изменены редакцией

Евгения Ефименко. Право. ру.

Производство и использование аудиозаписи в отношении граждан и должностных лиц — КС Цитадель

В наш век современных технологий, пожалуй, нет человека, у которого бы не было мобильного телефона и соответственно диктофона. Разберем, когда аудиозапись разговора является необходимостью, а когда внедрение в частную жизнь

Статьей 23 основного российского закона Конституцией РФ гарантировано, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

А Уголовным кодексом РФ ст. 137 предусмотрена уголовная ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни. Наказание достаточно серьезное.

Согласно ст. 24 Конституции РФ сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Однако, случаются ситуации, когда единственным способом доказать то или иное обстоятельство возможно только путем аудиозаписи разговора, выполненной, в том числе, без ведома собеседника.

Верховный суд РФ определением от 6 декабря 2016 года по делу № 35-КГ16-18 разрешил использовать в качестве доказательства аудиозапись, сделанную без согласия участника разговора. При этом ВС РФ указал, что представление аудиозаписи в качестве доказательства возможно, только при условии, что содержащаяся в ней информация относится к деловым отношениям, а не к частной жизни.

Так путем аудиозаписи в судебном порядке возможно подтвердить следующие факты: факт наличия/отсутствия долга; угрозы физической расправой, убийства; факт вымогательства; факт оскорблений и т.п.

Таким образом можно сделать следующие выводы:

  • сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия допускается только в целях установления обстоятельств, в рамках деловых взаимоотношений;
  • в случае сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия возможно привлечение к уголовной ответственности

Следовательно, при намерении произвести аудиозапись беседы, затрагивающей темы частного характера, необходимо поставить об этом в известность собеседника, т.е. предупредить его. Данное предупреждение должно присутствовать в произведенной записи разговора.

Следует отметить, что после предупреждения и отсутствия выраженного словесного согласия собеседника, запись разговора производится без ограничений.

Почему спросите вы? Ответ прост: ваш собеседник предупрежден о производстве аудиофиксации разговора и в этом случае, либо беседа не состоится, т.к.

собеседник откажется беседовать с вами, либо беседа продолжится, но уже с молчаливого согласия собеседника, потому как он зная, что ведется запись разговора продолжает беседу.

Не требуется получения разрешения для производства аудиозаписи и в судах судебной системы Российской Федерации, потому как любой гражданин, в том числе представитель СМИ может присутствовать в открытом судебном заседании.

Граждане, присутствующие в открытом судебном заседании, имеют право в письменной форме, а также с помощью средств аудиозаписи фиксировать ход судебного разбирательства (ч. 7 ст. 10 ГПК РФ).

Таким образом соблюдается один из принципов судопроизводства – принцип гласности.

Что же касается аудиозаписи беседы с должностными лицами государственных и муниципальных органов, то в данном случае предупреждение о намерении вести аудиозапись не требуется.

Опять же, почему?

Во-первых, на сегодняшний день не существует закона, запрещающего вести аудио или видео запись разговора с должностным лицом или чиновником.

Наоборот с глобализацией Интернета и развитием всякого рода онлайн аудио/видео сервисов большинство государственных и муниципальных учреждений таким образом устанавливают обратную связь с гражданами, что предполагает ведение с помощью технических средств аудио и видеофиксации переговоров.

Во-вторых, становясь должностным лицом, это лицо становится публичным и должно быть готово к тому что любое его действие (бездействие), слова или речи будут под пристальным вниманием граждан, которые вправе фиксировать встречи с такими лицами как на диктофон, так и на видеокамеру без ограничений.

В-третьих, должностное лицо — это не частное лицо. Вряд ли вы будете беседовать с чиновником или инспектором ГИБДД о его личной жизни. Имеется принципиальная разница между частной жизнью человека и публичностью должностного лица.

Все заявления, обращения, претензии к государственным или муниципальным служащим как правило связаны с осуществлением последними своих полномочий, поэтому могут быть записаны, в том числе и скрытно, поскольку не содержат сведений о частной жизни собеседника – должностного лица.

В заключении подытожу, что даже если Вы абсолютно добропорядочный и законопослушный гражданин, никто не застрахован от действий недобросовестных лиц, наделенных полномочиями. Ведь как говориться: «Бережённого Бог бережет». Поэтому советуем Вам активно пользоваться благами цивилизации и по возможности фиксировать любые спорные ситуации, путем аудио или видео записи.

Ссылка на основную публикацию